Интервью с Д.П. Баком

Гуманитарное

Дмитрий Бак поистине полифонический деятель современного культурного процесса.

Сочетая работу директора Государственного музея истории российской литературы имени В. И. Даля и преподавание в РГГУ, он успевает заниматься подготовкой научных изданий поэтов XX века (в том числе Арсения Тарковского), участвовать в многочисленных передачах на телеканале «Культура», при этом публикуется в журналах с подборками собственных стихотворений и критическими статьями. Его цикл «Сто поэтов начала столетия», опубликованный в журнале «Октябрь» и позже отдельной книгой в издательстве «Время», критики называют мгновенным снимком первых пятнадцати лет нового русского столетия, а курируемую им премию «Студенческий Букер» — активным вовлечением молодежи в литературный процесс. В интервью «Учительской газете» Дмитрий Бак рассказал не только о тенденциях современного образования и его эволюции, но и о выборе профессии, и о том, что такое сегодня коррекция профессиональной идентичности.

— Дмитрий Петрович, только что начался очередной учебный год, а значит, завершилась приемная кампания в РГГУ, где вы работаете с 1991 года. Какие тенденции в современном образовании вы наблюдаете на примере поступающей молодежи?

— За последние годы в образовании изменилось очень многое. Это теперь абсолютно другая социальная институция. Возьмем хотя бы два характерных отличия. Во-первых, образование больше не представляет собой некий конечный период жизни — от младшей школы до аспирантуры. Чтобы присутствовать на рынке труда не только в качестве свидетеля, необходимо постоянно корректировать собственную профессиональную идентичность.

Во-вторых, в значительной мере повысилась роль гуманитарного измерения в науке и образовании. Если формулировать парадоксально, то самым прикладным элементом образования является самое общее, отвлеченное, методологическое. Представим себе на минуту ситуацию начала 1990‑х, наиболее востребованными тогда являлись навыки работы на так называемом 286‑м процессоре на языке «лексикон». Если представить, что один человек в то время осваивает конкретную технологию работы, а другой занимается теорией программирования и компьютерной лингвистикой, то через десять лет вполне очевидно, что первый превратится в аутсайдера, а второй сумеет освоить новую технологию на основе базовых теоретических знаний.

Сегодня меняется не только содержание тех или иных учебных дисциплин или наук, быстро меняется сам реестр востребованных профессий. Эти изменения происходят стремительно: фактически за период пребывания человека в активной трудовой фазе жизни (а это примерно сорок лет) перечень профессий несколько раз меняется. Спрашивается, можно ли сегодня, в 2018 году, снабдить человека такой суммой знаний и навыков, чтобы они были востребованы в 2058 году? Ответ будет, безусловно, отрицательным. Чему же тогда учить сегодня? Я думаю, только двум вещам. Во-первых, умению учиться и переучиваться, и, во-вторых, умению представлять себя, заявлять о себе, описывать собственные компетенции и намерения.

Таким образом, показателем развития любой науки является наличие в ней гуманитарного измерения. Сейчас оно присутствует в физике, биологии и во многих других науках. Я не принадлежу к числу тех вечных сетователей, кто говорит, что молодежь нынче не та. То есть она не та, конечно, к которой я привык, она иная — свободная, раскованная, открытая. По крайней мере, с такими студентами я встречаюсь в РГГУ, где преподаю вот уже скоро тридцать лет, и в Школе-студии МХАТ (здесь мой стаж вдвое короче).

— Меняется ли отношение к выбору профессии, и если да, то как?

— Я бы сказал, что не отношение к выбору профессии меняется, а сам выбор приобретает иную природу хотя бы потому, что его приходится делать не один раз, как прежде, после окончания школы, а несколько. И надо сказать, что после бакалавриата в двадцать один год этот выбор можно сделать гораздо более осознанно, нежели в семнадцать лет, когда едва ли не главную роль играют советы друзей и родителей, а будущая профессия еще совершенно не известна.

— Вы куратор премии «Студенческий Букер». Какие вы наблюдаете тенденции в понимании молодежью современной литературы?

— Премия «Студенческий Букер» существует уже более десяти лет. Наша премия родилась из игры: в рамках своего университетского курса по новейшей литературе я решил предложить студентам своего рода творческую литературно-критическую задачу. Они должны были выбрать лучший роман из числа тех, которые были номинированы на премию «Русский Букер». Причем этот выбор надо было подтвердить коротким (две странички) эссе об этом романе. Потом мы получили поддержку организаторов «взрослой» Букеровской премии, и с тех пор обе премии идут по жизни вместе.

В последние годы стать участником премиального розыгрыша может не только студент РГГУ, а любой студент или аспирант, учащийся в Российской Федерации, премия стала общероссийской.

Мне очень интересно следить за мотивами литературных предпочтений молодежи. Поначалу казалось, что молодые предпочтут произведения экспериментальные, нестандартные, посвященные близким им проблемам. На деле получилось совершенно не так, то есть гораздо интереснее. Было бы очень скучно, если бы из года в год повторялась одна и та же картина: отцы выбирают нечто привычное, а дети — что-нибудь нестандартное.

На практике бывает очень по-разному, важно одно: взрослый и студенческий лауреаты, как правило, не совпадают. Вот тут-то и возникает простор для журналистских интерпретаций, главный вопрос здесь: чем обусловлена «разность потенциалов» между мнениями условно молодых и условно опытных экспертов?

— С 2013 года вы работаете директором крупнейшего литературного музея страны. Какие сегодняшние функции музея вы бы назвали приоритетными? Можно ли констатировать, что музей приобретает иное место в культуре, чем десять или двадцать лет назад?

— Действительно, музей приобретает новое место в культуре. Его роль как места сохранения предметов культурного наследия существенно дополнена совершенно иной ролью — коммуникативной, акцентирующей не столько консервацию музейных предметов, сколько их экспонирование. Посетители музея не только осматривают постоянную экспозицию или временные выставки, но проводят в нем некоторое продолжительное время: слушают концерты, присутствуют на презентациях, участвуют в просветительских программах и т. д. Можно сказать, что музей поворачивается лицом к человеку: не просто предъявляет ему вечные ценности, но стремится распознать потребности посетителя, его запросы. Причем эти потребности и запросы сильнейшим образом зависят от возраста посетителя, его профессии, привычных сценариев культурного поведения и т. д.

— Расскажите о судьбе коммерческих и некоммерческих площадок при музеях и о том, что делается в этом направлении…

— Конечно, нельзя исходить из того, что всякий музей обязательно должен приносить прибыль, и как можно более значительную. Нельзя измерять успешность музея исключительно степенью коммерциализации, ведь в первую очередь музей — это по-прежнему место бережного сохранения абсолютных культурных ценностей. Именно на этом принципе строится государственная политика. Все предметы музейного фонда охраняются государством, музей существует на бюджетные средства, их выделение гарантировано, несмотря ни на какие сложности, бедствия и даже (не дай Бог!) войны. Да, коммерческие мероприятия должны проходить в музее, но их количество не может быть искусственно завышено.

— Дмитрий Петрович, расскажите, пожалуйста, о приоритетных задачах Государственного литературного музея. Что планируется осуществить в ближайшее время?

— У нас много планов, и они очень разные. Можно отдельно и долго говорить о перспективах развития музея Герцена или музеев Лермонтова, Пастернака или Солженицына. Попробую сформулировать общие.

Мы поставили задачу воссоздания той миссии главного литературного музея страны, которая была сформулирована нашим основателем Владимиром Бонч-Бруевичем. Наш музей — единственный из более чем четырехсот литературных музеев России — посвящен не одному или нескольким авторам, а истории русской литературы за много столетий. Отсюда наша главная цель — формирование единой центральной постоянной экспозиции. Сейчас у нас работает десяток очень качественных, интересных экспозиций, посвященных отдельным крупным явлениям либо отдельным авторам. Но единой масштабной экспозиции, которая могла бы представить многовековой путь русской литературы, нет. Она может быть создана в новом здании музея по адресу: Арбат, дом 37. Это здание, в котором бывали Пушкин и другие литераторы его времени и круга, согласно поручению Президента Российской Федерации должно быть передано музею в недальнем будущем. Согласно этому поручению там будет создан Национальный выставочный центр «Десять веков российской словесности».

Еще один важнейший наш проект — открытие к двухсотлетнему юбилею Достоевского нового отдела ГМИРЛИ музейного центра «Московский дом Достоевского». Он будет создан на основе Музея-квартиры Достоевского, который в этом году отметит свое девяностолетие. В новом здании мы сможем достойно представить уникальную коллекцию музейных реликвий, собранную женой великого русского писателя Анной Григорьевной.

Наконец, еще одна цель — открытие современного депозитария. В нашем музее огромная коллекция литературных реликвий, их более полумиллиона: рукописи, аудиозаписи, живопись и графика, книги и многое другое. Единое пространство для хранения этих ценностей, оснащенное современным оборудованием, до сих пор отсутствует. Коллекция рассредоточена по разным помещениям, которые после создания депозитария могут быть использованы для открытия новых музеев, в частности музея семьи Аксаковых в переулке Сивцев Вражек.

Досье «УГ»

Дмитрий Петрович Бак (родился 24 июня 1961 года, Елизово) — российский филолог и литературный критик, журналист, переводчик. Кандидат филологических наук (1991), профессор Российского государственного гуманитарного университета, директор Государственного музея истории российской литературы имени В. И. Даля (Государственного литературного музея).

Печатается с 1981 года. Имеет более 250 публикаций: монография, статьи по истории классической русской литературы и современной русской прозы и поэзии, литературно-критические работы, рецензии, переводы с английского, немецкого и польского языков, публикации источников, учебные пособия и учебники для средней школы (соавтор учебника под редакцией А.Архангельского для 10‑го класса, выдержавшего 9 изданий), работы по истории образования, публицистические статьи в центральных газетах и журналах («Новый мир», «Знамя», «Октябрь», «Вопросы литературы», «Новое литературное обозрение», «Литературная газета», «Новая газета» и многие другие), публикации в Сети. Опубликовал также несколько подборок стихов в отечественных и зарубежных периодических изданиях и сборниках. Участник научных конференций, а также литературных и гуманитарных фестивалей и форумов в России, Испании, Казахстане, Латвии, Украине, Китае, Израиле, Чехии, Германии, Греции (форум «Диалог культур»), Италии, Франции, США.
Отец ведущего программы «Пусть говорят» на Первом канале Дмитрия Борисова.