Интервью с А.К. Андерсеном

Российская

Интервью с основателем прогрессивной школы в Дании, где нет стен и учат практике.

Без привычных уроков и домашки, зато с цифровыми опенспейсами вместо классов. Всё это про гимназию Ørestad в Дании, которая в 2007 году назвали лучшим зданием Скандинавии. Её основал Аллан Кьяер Андерсен. Накануне своего выступления на форуме «Город образования» он рассказал, как должна выглядеть школа будущего, что нужно поколению Z и как он планирует сделать революцию в Индии.

В своё время ваша школа казалась революцией в образовании. С тех пор прошло больше 10 лет, ваши взгляды на образование изменились?

Я многое понял. Главное, что нужно — это ясно представлять, зачем менять образование. Когда мы только основали школу, у нас было много педагогических и дидактических теорий: ученики должны коммуницировать и изучать предметы через решение задач и с помощью современных технологий. Последние 13 лет (гимназия «Орестад» работает с 2005 года — прим. ред.) мы постоянно обсуждали, какая должна быть школа в XXI веке. И мы поняли, что главная цель сегодня — сделать из ученика активного человека, который может сам менять мир. Мы создаём граждан, открытых к глобальным вызовам и готовых действовать.

И чему нужно учить такого ребёнка?

Всем тем навыкам, которые нужны в XXI веке. Одно из важнейших качеств — сильная, яркая личность. Он должен знать, кто он, откуда пришёл, у него должна быть чёткая самоидентификация. Мир меняется так быстро, что ты должен знать свои корни.

Следующая часть — эмпатия и умение работать в команде. Не только на уровне школы или работы, а вообще. Это называется «глобальная эмпатия». То есть на первый план выходят социальные навыки.

Вся эта концепция меняющегося мира — это новый взгляд на образование, школа перестаёт быть местом, где ты учишься каким-то академическим штукам. Гораздо важнее уметь применять эти академические знания в реальном мире. И конечно, должны быть технологические и креативные навыки.

То есть в вечной дискуссии о hard и soft skills вы на стороне вторых?

Да, но только в сочетании друг с другом. Если у вас только hard skills (умения выполнять определённые задачи), то, скорее всего, вы слабо или вообще не приспособлены к жизни в современном мире.

Глядя на все эти изменения, что вы думаете о современном европейском образовании? Оно соответствует требованиям времени?

Нет. Самое сильное образование сегодня в Сингапуре, Корее. Европейские школы и вузы смотрят на них и пытаются перенять какие-то идеи. Но проблема в том, что в Азии, как и в России, сильная академическая школа.

Вы считаете, что в России сильная школа?

Да, конечно! Самая сильная в мире. Но именно академическая, те самые hard skills — математика, наука. Её недостаток в том, что школы не готовят к жизни в будущем, которое уже наступило. Потому что школа всё ещё слишком отличается от того мира, в котором наши дети будут жить.

С 30 августа по 2 сентября на ВДНХ пройдёт второй московский международный форум «Город образования». На форуме соберутся 400 экспертов в сфере образования из 50 стран. Аллан Кьяер Андерсен выступит на форуме 31 августа и расскажет, как архитектура школ влияет на эффективность учёбы.

Мы должны оформлять традиции европейского образования в новые рамки. Обучение должно стимулировать способность видеть и решать проблемы, рождать новые идеи и реализовывать их, приспосабливаться к переменам.

Нужно поменять саму систему организации школы и школьных дней. Дети не должны сидеть на уроках по шесть часов, у них должно быть больше времени на обсуждение и создание проектов.

Как вы думаете, будущее за онлайн-образованием? Или традиционная форма будет существовать ещё долгое время?

Ответ на эти вопросы: да и да. Без офлайн-образования в любом случае никуда. Потому что детям нужно быть вместе и рядом со взрослыми. Вы не можете научить детей эмпатии, развить их способности к коммуникации без личного общения. Но благодаря технологиям мы можем сделать процесс обучения более индивидуальным и эффективным. Это способ общаться с молодыми людьми на их языке.

Но родители до сих пор боятся технологий, особенно в образовании. Они не понимают их и боятся потерять контроль. Насколько справедливы эти страхи?

Это абсолютно естественные страхи, и ещё одна причина, по которой мы должны внедрять технологи в образование. Если вы не учите школьников, как использовать их в учёбе, они никогда этому не научатся. Гаджеты вокруг нас служат для развлечения и игр, но не для учёбы. Наша задача — открыть им другую сторону цифровой культуры. Родители пытаются ограничить время, которое дети проводят с гаджетами, но сегодня это невозможно, так что важнее изменить вектор их интереса.

Тут мы упираемся в проблему с учителями. Получается, что учителя должны следовать за технологиями? В России это до сих пор большая проблема.

В нашей гимназии «Орестад» мы тоже столкнулись с этой проблемой. Наши учителя не были продвинутыми пользователями, когда мы нанимали их на работу. Но они хотели учиться. Смысл в том, что именно школьники их учили, потому что они гораздо лучше разбираются в гаджетах. Это был ключ к командной работе.

Учителя не обязаны быть специалистами в высоких технологиях, но они должны понимать, как использовать их для обучения.

Поэтому самая важная вещь, которую надо держать в голове, когда вы нанимаете учителя, — он должен хотеть учиться. Для большинства вещей, которые мы делаем в школе, нужен просто Google Document. Вам совершенно не нужно быть IT-специалистом, чтобы работать учителем в современной школе. Здесь мы опять упираемся в вопрос: а зачем нам вообще сегодня нужна школа? Потому что мы готовим людей к жизни в XXI веке.

Но знаем ли мы сегодня, каким будет это будущее? Всё меняется на глазах.

В этом и весь смысл! Мы готовим детей не к какому-то конкретному будущему, а к переменам. Они должны вырасти людьми, которые готовы меняться вместе с миром. Айфона ещё не было 10 лет назад, а сегодня он изменил культуру целого поколения.

Как выглядит обычный день школьника в вашей гимназии в Дании?

Так как «Орестад» — государственная гимназия, мы обязаны следовать обязательной программе. У нас, как и в обычной школе, обычно по четыре урока в день. Иногда они проходят в классах, иногда — в опенспейсах, как бывает в офисах, чтобы ученики заранее привыкали.

Гимназия Ørestad открылась в 2005 году в Копенагене, Дании. Её называют «школой без стен». Внешне она напоминает огромный стеклянный куб. Основной профиль гимназии — медиа, массовые коммуникации и современная культура. Здесь учатся только старшеклассники, которые уже определились с будущей специальностью и хотят получить больше практических навыков. Подробнее о принципах датского образования читайте здесь.

Есть недели, когда уроков нет, вместо них проектные работы. Ребята обсуждают проекты, а потом презентуют их. Это комбинация традиционного образования и новаторского. Уроков у нас меньше, но мы компенсируем это индивидуальной работой и онлайн-обучением. Мы учим детей самостоятельно организовывать свою учёбу и быть независимыми.

Сейчас вы открываете такую же школу в Индии?

Да, и это потрясающий опыт. Ко мне пришли частные инвесторы из Индии с предложением открыть похожую школу в Бангалоре. Честно говоря, переезд в Индию из Дании было последним, о чём я мечтал на пенсии, но задача оказалась настолько интересной, что я решился на этот шаг. В итоге стал директором школы, которая откроется в 2020 году. Это частная школа, и она будет отличаться от всего, что есть в Индии.

Дело в том, что в Индии образование имеет другое значение, чем в Европе. Оно доступно небольшой части населения. Поэтому главная наша задача — подготовить учеников к экзаменам, чтобы они получили высокие баллы. С другой стороны, так как школа частная, у меня есть возможность создать ещё более радикальную концепцию обучения. Думаю, у нас будет меньше классических уроков и больше проектной работы и онлайн-обучения.

Кажется, что Индия — это вообще другой мир, если сравнивать с Европой. Что вы можете рассказать об их образовательной системе?

Вы удивитесь, но оно во многом похоже на российское. Оно базируется на очень чёткой учебной программе с упором на академические знания. В Индии невероятно важно получить высокие баллы на экзаменах. Если вы не получаете хорошие оценки, вы не можете поступить в хороший университет. Поэтому давление на учеников со стороны родителей колоссально. Тем более, хорошее образование всё платное, поэтому они хотят знать, за что отдают деньги. Как и в России, здесь сильна математика. В современной Индии много молодых людей работает в IT.

Какие образовательные проекты кажутся вам самыми прогрессивными в мире?

Самый интересный пример, на мой взгляд, финская программа Hundred. Это коллаборация частного и государственного сектора в образовании. Их цель — изучить, как нужно изменить образование, чтобы оно оставалось актуальным и интересным следующие 100 лет. Они хотят найти 100 новых идей, которые можно применить в школе и вузах, собирают лучшие примеры со всего мира и применяют их в Финляндии.

Если говорить о конкретных местах, то я бы назвал сеть школ в Сан-Диего, в США. Она называется High Tech High и объединяет в себе разные стороны технического и академического образования. Всё обучение строится на проектной работе и интеграции дисциплин. Например, рисование объединяется с биологией, а гуманитарные науки — с математикой. Но главное, что они делают, — учат учителей.

Ещё один пример — плавучая школа Луонг в Камбодже, которая чем-то даже похожа на нашу школу в Дании. Там собрали талантливых детей со всей страны, чтобы сделать из них будущих лидеров для управления государством. Дети уже в школе работают с реальными проблемами, которые есть в Камбодже, и пытаются найти решение.

И третий пример — Зелёная школа на Бали, которая находится прямо в джунглях. Вся школа сделана из бамбука.

Главное, что объединяет все эти инициативы — это совместная работа частных школ и инвесторов и государства. Образование в целом может изменить только государство, но оно по своей сути консервативно и неповоротливо, поэтому инициатива должна идти снизу — от частных инвесторов, от компаний, от родителей, в конце концов.